ИНТЕРВЬЮ
Интервью с Хоргои и Аббатом из журнала "Close-Up" (2002 г.)
Как бы вы реагировали, если бы оказались с глазу на глаз с блэк металл - мясником готовящимся броситься на тебя с топором? Остолбенеете? Закричите? Побежите? "Close-Up" бросил вызов злобе и вылетел в Берген, для того чтобы приподнять смертельную маску Immortal.
Интервью проходит в одном из кафе города Бергена. По команде корреспондента Abbath начинает, жадно хлюпая фруктовым йогуртом, который он по его словам употребляет ежедневно, рассказывать о последних усилиях Бессмертных.
Интервью проходит в одном из кафе города Бергена. По команде корреспондента Abbath начинает, жадно хлюпая фруктовым йогуртом, который он по его словам употребляет ежедневно, рассказывать о последних усилиях Бессмертных.
***
Abbath (о том, как записывался новый альбом): На альбоме "Sons Of Northern Darkness" мы использовали звук, который наиболее близок звуку 1980-х годов. Можно также найти параллели с нашими ранними работами в особенности из "Battles In The North" и "Blizzard Beasts". А на новом альбоме мы еще к тому же все это разбавили трэшем, исполнение которого является для нас в новинку. Правда, многие рифы и аранжировки уже пробовались и раньше, но тогда они не подходили в концепцию альбомов. А в этот раз окончательный результат стал более тяжелее и не с таким отпечатком агрессии, как раньше.
CU: Проходит ли лейтмотив через ваш новый материал?
Abbath: Да, конечно, есть какой-то замысел. Ну, знаешь там... demon: battle: beyond... (oн замолкает на продолжительное время и выглядит потерявшимся в погоне за нужными словами) Вот черт, там говорится о beyond this world: eh: demon battles of the ages: dark lords of time ruling the world with an iron fist. (норвежец отклоняется обратно на спинку стула и довольный отхлебывает свой кофе, вероятно удовлетворенный своим описанием. Я терпеливо жду, когда он приступит к более подробным деталям) Можно еще привести параллели между тем, что мы делаем, и "Властелином Колец". Толкиену удалось описать зло, совершенно чарующим способом, без замешивания всей этой надоевшей религии. Мы работаем также. Но будет ошибкой, если сказать, что мы получаем вдохновение от него - я прочитал его впервые два года назад, но мы можем сравнивать наши работы с тем миром, который описывается в его рассказах. Саурон, например, очень симпатичный чел. Midgard, Mordor и Nurn к их великой чести, Толкиен смог ухватить самую суть всех этих фантастических миров. Immortal не хуже. Всюду присутствующая, что бы команда не делала, сказочная страна Blashyrkh - холодный Nifelheim, где царит вечная зима.
Abbath (о таинственной стране Blashyrkh): Когда мы ищем вдохновение для музыки, мы переносимся в Blashyrkh. Для того чтобы попасть туда, мы находим секретное место в лесу, в нескольких десятках километров от Бергена. Обычно это происходит поздними вечерами и обязательно с некоторым количеством алкоголя. К тому же мы наносим грим по полной программе, для того чтобы достичь правильного настроения. Потом мы впитываемся в обалденно красивую природу и после непродолжительного ожидания можем видеть другую сторону неограниченной реальности и испытывать метафизический мир Blashyrkh. Это все очень персонально и мы относимся к этому на полном серьезе. Это как исследование своей собственной стороны темного разума. (корреспондент намекает тогда, что это скорее похоже на Пауэр-металлюг) Мы играем "демонический" метал, а не "геройский" метал. Мы - прямая противоположность Hammerfall'y.
Abbath (о том, как работается с Питером Тагтгреном (Peter Tägtgren)): Вот уже третий альбом подряд мы работаем с Питером. Он самый безупречный продюсер для Immortal. Ему всегда удается подобрать наиболее подходящий для нас звук. На этот раз мы направили всю свою энергию на то, чтобы найти наиболее подходящий гитарный звук. Если раньше Петер все подготавливал сам, еще до нашего первого посещения его студии, то в этот раз мы хотели уже больше сами принимать участие, чтобы добиться самого лучшего результата. Мы потратили целых три дня на то, чтобы перепробовать все разные усилители, что у нас имелись, и я был больше чем рад в окончательных исходах, в большинстве случаев. Но Питер, наверное, самый придирчивый человек из тех, кого я встречал. Иногда казалось, что ничего не годится для него: то это слишком слабо, то это недостаточно мощно. В итоге мы нашли старый-престарый усилок, который уже отработал свое. Это оказалось именно то, что мы и искали. Когда ты окружен всеми этими техническими фишками и аппаратами, то, как говорится, не видишь леса из-за деревьев. Вся сила у Питера в том, что он знает, что мы сами хотим, когда не знаем, чего хотим, если ты меня понимаешь, о чем я. На двух вещах "In My Kingdom Cold" и "Antarctica" мы сбились с толку и совершенно потеряли понимание того, что мы делаем. Когда ты идешь в студию, то думаешь, что все знаешь, и все для тебя понятно, но когда начинаешь пробовать разные рифы и аранжировки, то незаметно появляется неуверенность. Телега может быть великолепна, но когда начинаешь уставать, то становится тяжело отличить, что хорошо, а что не очень. Тогда Питер пригласил нас на прогулку по лесу, чтобы очистить наши мысли, что сделало свое дело, несмотря на то, что леса в Швеции не столь густы и велики, как в Норвегии.
CU: Новый контракт с "Nuclear Blast" не заставил вас идти на компромиссы с вашей художественной работой?
Abbath: Я не понимаю всех этих разговоров. Мы имеем совершенно открытый диалог с Питером, а он в свою очередь не следует каким-то указаниям из высших инстанций. Я это гарантирую. Наш договор исключительно положителен, как для нас самих, так и для наших фанов. Мы, наконец-то, можем зарабатывать на жизнь музыкой, и для всех шведских поклонников это означает, что мы в этом году, впервые за все это время, что мы существуем, дадим у вас концерт. Еще ни какие даты не согласованы, но я тебе даю слово.
CU (o скорости и технике игры): Immortal всегда был причислен к технической гвардии в блэке. Никто, даже самые завистливые люди, не мог обвинить "Pure Holocaust" в том, что он не умело сыгран. Невозможно стучать так быстро и точно. Не говоря уже о комплексных "пчелиных" риффах, которые не подходят ни к каким традициям игры на гитаре.
Abbath: Мы могли бы играть еще техничнее, но мы не любим вы***ваться. Музыка должна быть не прямолинейной, больше rock'n'roll'a чем "necro" и иметь особенную плавность. Если просто так, ради традиций стиля, воткнуть какой-нибудь соляк в телегу, то он может ее полностью испортить. Кстати, я тут основательно тренировал технику соло в последнее время, но все равно мы всегда что-то используем в меру. Нас все еще просят играть так же истерично, как и на "Pure Holocaust". Конечно, я доволен этим альбомом и если уж что-то и бесит меня, так это застойность. Мы развиваемся с каждым нашим новым альбомом и мы не будем останавливаться в этом развитии.
CU: Значит primitive black metal не для вас?
Abbath: Я испытываю огромное уважение к этому жанру, хотя мы и не имеем никакого интереса, чтобы начать использовать его в нашей музыке. В тоже время многие упускают то, что чтобы играть самый настоящий raw metal, требуются очень способные музыканты. Любой идиот, который слышал "Soulside Journey" Darkthrone, осознает, что эти парни гораздо способнее, чем они пытаются представить себя. Требуется более широкая музыкальная компетентность, для того чтобы уметь выразить такие сильные чувства. Самое важное в этом, чтобы ты играл от чистого сердца. И то, что ты чувствуешь правильным для тебя, а не слушаешь мнения других.
Abbath (o, бедный Demonaz!): Это был единственный раз, когда мы были близки к распаду. Инвалидность Demonaz'a далось мне тяжело, да и сам он был надломлен. Мы всем сердцем вели этот проект с самого его начала и вот - в течение одной ночи - парень не мог взяться за гриф. Мы долго ждали и надеялись, что он поправится, но, в конце концов, пришли к выводу, что надо продолжать работать без него. Будни Demonaz'a проходили в ежедневных тренировках по пять часов. Он никогда не разогревался перед ними и не делал растяжки после них. К тому же на репетиционной точке было всегда прохладно. Это все его и погубило. Я сам взял тогда на себя роль гитариста, а на бас взял Ares'a из Aeternus'a, для того чтобы не отменять "Blizzard Beasts" турне. Сейчас Demonaz'y лучше. Он также продолжает писать всю лирику, а также занялся нечто вроде менеджмента для нас. Мы видимся почти каждый день, перебрасываемся идеями, но его возвращение как гитариста, я считаю невероятным. В то время как мы развиваемся как музыканты, он остается на том же уровне, что и раньше. К тому же он сейчас занят раскруткой своей рекламной компании Mediaprofil, поэтому вряд ли он захочет оставить эту работу незамедлительно. Хотя мы не исключаем возможность, что когда-нибудь он вернется обратно.
Abbath (o новых членах группы): Horgh был взят нами перед самым началом записи альбома "Blizzard Beasts". Я тогда уже застолбил все такты, так что от него требовалось только подчинения и делать превосходно свою работу. Его участие в местной thrash-heavy банде Lost At Last было большим плюсом, так как он уже был привычен к долбежке. Он довольно быстро вписался в группу, но только после альбома "At The Heart Of Winter" я понял, какой невероятный потенциал он имеет. Он расширяет мои задумки и постоянно предлагает новые идеи, которые, как я считаю, вознесли Immortal на такой высокий уровень. Наш ударник Armaggeda никогда не был полноценным участником группы. К тому же он считал, что я и Demonaz выглядим глупо в нашем гриме. Сам он предпочитал выглядеть, как живая копия Abbadon'a из Venom. Мы не разругались с ним, а просто разошлись по своим сторонам. Он сейчас мешает цемент в какой-то строительной фирме. А вот Erik был чертовски приятным челом. К сожалению, он не развивался в такт нашей музыки и просто был не готов для "Battles In The North". Он пришел к нам как раз в тот момент, когда мы приступили к записи "Pure Holocaust" и был указан в буклете, хотя на самом деле это я стучу на ударных.
CU: Grim покончил жизнь самоубийством при помощи снотворного и алкоголя три года назад. Он что, чувствовал себя все также плохо в течение того короткого периода в Immortal?
Abbath: Мы не особо общались между собой, но было заметно, что он имел проблемы. Однажды он потерял сознание прямо на улице. К счастью, тогда был рядом с ним Demonaz, который вызвал скорую. Ему успели прочистить живот в самый последний момент. В этот раз причиной стала передозировка снотворных таблеток. Скорее всего, он страдал депрессивным психозом.
Abbath (o печальных воспоминаниях: в прессе было довольно тихо воспринята смерть Erik'a, в то время как до сих пор говорится о смерти вокалиста Mayhem Dead'a в апреле 1991 года. Abbath помнит весь шум вокруг обоих сорвиголов из Mayhem, Euronymous'a и Dead'a): Euronymous был в центре города Осло, чтобы купить продуктов. Когда он пришел обратно на виллу, где он, Dead и Hellhammer жили и репетировали, то обнаружил что все двери и окна были заперты. Тогда он забрался на крышу и увидел Dead'a в его комнате, лежащим на кровати с опрятной кучкой своих мозгов в сторонке. Он выстрелил из ружья себе в голову. Реакция Euronymous'a была недостойна упоминания. Он спокойно пошел и купил одноразовую фотокамеру, чтобы сфоткать труп своего друга. И только после этого позвонил в полицию. (несколькими днями позже Abbath и Demonaz посетили Euronymous'a в Осло) Он тогда показал нам частички черепа Dead'a, который он взял на память и сделал из них потом ожерелье. Многие считают, что это только чудной слух, но я видел их собственными глазами. Впрочем, в интернете есть фотки могил этих двух мизантропов (www.holycaust.com/666.htm).
CU: Какие впечатления произвели на тебя Euronymous и Dead, как люди?
Abbath: Euronymous был не обычным челом. Он был тотально фиксирован на всем экстремальном и шокирующем. Садомазохизм, сатанизм, преклонение смерти. Все, в чем он совершенствовался, было на самом деле проявлением одной единственной вещи - необузданной слабости ко всему нездоровому. Per'a я сам лично не знал, но Demonaz описывает его очень стеснительным и тихим. Он был интроверт по натуре. Как только он выходил на сцену, то становился своей противоположностью: совершенно не контролируемым и необузданным.
Abbath изображает смущенную мину на лице, тем самым дает понять, что больше не хочет говорить о современной истории Норвегии. Как он сам говорит, что хочет оставить за спиной то хаотичное время и желает, чтобы вместо тех трагических судеб людей, которые получили широкую огласку в СМИ, была музыка. Со своим бывшим приятелем Varg'ом Vikernes'ом, которого знает со времен их совместного пребывания в death metal коллективе Old Funeral, он больше не общается. Его пиротехнические акции рассматриваются лишь как игра на публику, в которой сам он никогда не хотел принимать участия. Можно подумать, что лидер Immortal держит дистанцию от всего дурного. Он всегда имел самый высокий приоритет к музыке. Такое всегда вознаграждается. В то время как его старые друзья отсиживают свои сроки, то он - отец своих маленьких детей - имеет привилегию наслаждаться жизнью в одном из самых красивых городов северной Европы. А также кучу свободного времени, для того чтобы: съездить на рыбалку вместе с Demonaz'ом, поиграть кавера Motorhead в своем хобби-проекте Bömbers, или крупно проиграть очередной матч в безнадежной футбольной команде Lysekloster, за которую он играет в седьмой лиге норвежского чемпионата. Но в первую очередь тем, чем он хочет заниматься более всего - посвятить всего себя Immortal, который теперь опекается немецким гигантом, Nuclear Blast. Зазвонил мобильник у Abbath'a. Я могу расслышать немного возмущенный голос, который принадлежит басисту Iscariah. Он интересуется, куда это Olve запропастился, так как они должны были встретиться еще 15 минут назад. Мы быстренько вливаем в себя остатки отвратительного норвежского пива и направляемся к центру города. Опять звонок! На этот раз звонит Horgh из Швеции, чтобы отрапортовать о вчерашнем концерте с Pain, в котором он дополнительно подрабатывает на ударных. В то время как Abbath забегает в магазинчик за второй порцией йогурта, я беру трубку, чтобы перекинуться парой фраз с Horgh'ом.
CU: Хорошо, наверное, чувствуется, когда не приходиться наносить "мазню" на лицо перед концертом, когда играешь в Pain?
Horgh: Да, это избавление, хотя не могу настаивать на том, что уж очень скучаю по гриму.
CU: Большинство команд уже не используют грим. Почему вы так упорно продолжаете держать эту марку в Immortal?
Horgh: Ну, это чисто визуальная деталь. Типа способ вхождения в определенную роль. Довольно трудно наносить и снимать это дерьмо, но когда грим прекрасно сидит, я перевоплощаюсь в совершенно другое расположение духа и могу отдать самого себя больше на концертах, чем обычно.
То, что я сейчас чувствую и должно произойти. За день до моей поездки мне позвонил секретарь редакции журнала и простонал в трубку: "Слушай, ты должен спросить у них, занимаются ли они сексом в гриме или нет, иначе придется тебе оплачивать поездку из своего кармана! Понятно?". Сказано - сделано.
Horgh: Чего, чего? Сношаться в corpse paint? Не, я никогда этого не делал. А что, с ним будет лучше?
CU: Спрашивай не меня. Не я ведь являюсь редакционным порноатлетом.
CU: Проходит ли лейтмотив через ваш новый материал?
Abbath: Да, конечно, есть какой-то замысел. Ну, знаешь там... demon: battle: beyond... (oн замолкает на продолжительное время и выглядит потерявшимся в погоне за нужными словами) Вот черт, там говорится о beyond this world: eh: demon battles of the ages: dark lords of time ruling the world with an iron fist. (норвежец отклоняется обратно на спинку стула и довольный отхлебывает свой кофе, вероятно удовлетворенный своим описанием. Я терпеливо жду, когда он приступит к более подробным деталям) Можно еще привести параллели между тем, что мы делаем, и "Властелином Колец". Толкиену удалось описать зло, совершенно чарующим способом, без замешивания всей этой надоевшей религии. Мы работаем также. Но будет ошибкой, если сказать, что мы получаем вдохновение от него - я прочитал его впервые два года назад, но мы можем сравнивать наши работы с тем миром, который описывается в его рассказах. Саурон, например, очень симпатичный чел. Midgard, Mordor и Nurn к их великой чести, Толкиен смог ухватить самую суть всех этих фантастических миров. Immortal не хуже. Всюду присутствующая, что бы команда не делала, сказочная страна Blashyrkh - холодный Nifelheim, где царит вечная зима.
Abbath (о таинственной стране Blashyrkh): Когда мы ищем вдохновение для музыки, мы переносимся в Blashyrkh. Для того чтобы попасть туда, мы находим секретное место в лесу, в нескольких десятках километров от Бергена. Обычно это происходит поздними вечерами и обязательно с некоторым количеством алкоголя. К тому же мы наносим грим по полной программе, для того чтобы достичь правильного настроения. Потом мы впитываемся в обалденно красивую природу и после непродолжительного ожидания можем видеть другую сторону неограниченной реальности и испытывать метафизический мир Blashyrkh. Это все очень персонально и мы относимся к этому на полном серьезе. Это как исследование своей собственной стороны темного разума. (корреспондент намекает тогда, что это скорее похоже на Пауэр-металлюг) Мы играем "демонический" метал, а не "геройский" метал. Мы - прямая противоположность Hammerfall'y.
Abbath (о том, как работается с Питером Тагтгреном (Peter Tägtgren)): Вот уже третий альбом подряд мы работаем с Питером. Он самый безупречный продюсер для Immortal. Ему всегда удается подобрать наиболее подходящий для нас звук. На этот раз мы направили всю свою энергию на то, чтобы найти наиболее подходящий гитарный звук. Если раньше Петер все подготавливал сам, еще до нашего первого посещения его студии, то в этот раз мы хотели уже больше сами принимать участие, чтобы добиться самого лучшего результата. Мы потратили целых три дня на то, чтобы перепробовать все разные усилители, что у нас имелись, и я был больше чем рад в окончательных исходах, в большинстве случаев. Но Питер, наверное, самый придирчивый человек из тех, кого я встречал. Иногда казалось, что ничего не годится для него: то это слишком слабо, то это недостаточно мощно. В итоге мы нашли старый-престарый усилок, который уже отработал свое. Это оказалось именно то, что мы и искали. Когда ты окружен всеми этими техническими фишками и аппаратами, то, как говорится, не видишь леса из-за деревьев. Вся сила у Питера в том, что он знает, что мы сами хотим, когда не знаем, чего хотим, если ты меня понимаешь, о чем я. На двух вещах "In My Kingdom Cold" и "Antarctica" мы сбились с толку и совершенно потеряли понимание того, что мы делаем. Когда ты идешь в студию, то думаешь, что все знаешь, и все для тебя понятно, но когда начинаешь пробовать разные рифы и аранжировки, то незаметно появляется неуверенность. Телега может быть великолепна, но когда начинаешь уставать, то становится тяжело отличить, что хорошо, а что не очень. Тогда Питер пригласил нас на прогулку по лесу, чтобы очистить наши мысли, что сделало свое дело, несмотря на то, что леса в Швеции не столь густы и велики, как в Норвегии.
CU: Новый контракт с "Nuclear Blast" не заставил вас идти на компромиссы с вашей художественной работой?
Abbath: Я не понимаю всех этих разговоров. Мы имеем совершенно открытый диалог с Питером, а он в свою очередь не следует каким-то указаниям из высших инстанций. Я это гарантирую. Наш договор исключительно положителен, как для нас самих, так и для наших фанов. Мы, наконец-то, можем зарабатывать на жизнь музыкой, и для всех шведских поклонников это означает, что мы в этом году, впервые за все это время, что мы существуем, дадим у вас концерт. Еще ни какие даты не согласованы, но я тебе даю слово.
CU (o скорости и технике игры): Immortal всегда был причислен к технической гвардии в блэке. Никто, даже самые завистливые люди, не мог обвинить "Pure Holocaust" в том, что он не умело сыгран. Невозможно стучать так быстро и точно. Не говоря уже о комплексных "пчелиных" риффах, которые не подходят ни к каким традициям игры на гитаре.
Abbath: Мы могли бы играть еще техничнее, но мы не любим вы***ваться. Музыка должна быть не прямолинейной, больше rock'n'roll'a чем "necro" и иметь особенную плавность. Если просто так, ради традиций стиля, воткнуть какой-нибудь соляк в телегу, то он может ее полностью испортить. Кстати, я тут основательно тренировал технику соло в последнее время, но все равно мы всегда что-то используем в меру. Нас все еще просят играть так же истерично, как и на "Pure Holocaust". Конечно, я доволен этим альбомом и если уж что-то и бесит меня, так это застойность. Мы развиваемся с каждым нашим новым альбомом и мы не будем останавливаться в этом развитии.
CU: Значит primitive black metal не для вас?
Abbath: Я испытываю огромное уважение к этому жанру, хотя мы и не имеем никакого интереса, чтобы начать использовать его в нашей музыке. В тоже время многие упускают то, что чтобы играть самый настоящий raw metal, требуются очень способные музыканты. Любой идиот, который слышал "Soulside Journey" Darkthrone, осознает, что эти парни гораздо способнее, чем они пытаются представить себя. Требуется более широкая музыкальная компетентность, для того чтобы уметь выразить такие сильные чувства. Самое важное в этом, чтобы ты играл от чистого сердца. И то, что ты чувствуешь правильным для тебя, а не слушаешь мнения других.
Abbath (o, бедный Demonaz!): Это был единственный раз, когда мы были близки к распаду. Инвалидность Demonaz'a далось мне тяжело, да и сам он был надломлен. Мы всем сердцем вели этот проект с самого его начала и вот - в течение одной ночи - парень не мог взяться за гриф. Мы долго ждали и надеялись, что он поправится, но, в конце концов, пришли к выводу, что надо продолжать работать без него. Будни Demonaz'a проходили в ежедневных тренировках по пять часов. Он никогда не разогревался перед ними и не делал растяжки после них. К тому же на репетиционной точке было всегда прохладно. Это все его и погубило. Я сам взял тогда на себя роль гитариста, а на бас взял Ares'a из Aeternus'a, для того чтобы не отменять "Blizzard Beasts" турне. Сейчас Demonaz'y лучше. Он также продолжает писать всю лирику, а также занялся нечто вроде менеджмента для нас. Мы видимся почти каждый день, перебрасываемся идеями, но его возвращение как гитариста, я считаю невероятным. В то время как мы развиваемся как музыканты, он остается на том же уровне, что и раньше. К тому же он сейчас занят раскруткой своей рекламной компании Mediaprofil, поэтому вряд ли он захочет оставить эту работу незамедлительно. Хотя мы не исключаем возможность, что когда-нибудь он вернется обратно.
Abbath (o новых членах группы): Horgh был взят нами перед самым началом записи альбома "Blizzard Beasts". Я тогда уже застолбил все такты, так что от него требовалось только подчинения и делать превосходно свою работу. Его участие в местной thrash-heavy банде Lost At Last было большим плюсом, так как он уже был привычен к долбежке. Он довольно быстро вписался в группу, но только после альбома "At The Heart Of Winter" я понял, какой невероятный потенциал он имеет. Он расширяет мои задумки и постоянно предлагает новые идеи, которые, как я считаю, вознесли Immortal на такой высокий уровень. Наш ударник Armaggeda никогда не был полноценным участником группы. К тому же он считал, что я и Demonaz выглядим глупо в нашем гриме. Сам он предпочитал выглядеть, как живая копия Abbadon'a из Venom. Мы не разругались с ним, а просто разошлись по своим сторонам. Он сейчас мешает цемент в какой-то строительной фирме. А вот Erik был чертовски приятным челом. К сожалению, он не развивался в такт нашей музыки и просто был не готов для "Battles In The North". Он пришел к нам как раз в тот момент, когда мы приступили к записи "Pure Holocaust" и был указан в буклете, хотя на самом деле это я стучу на ударных.
CU: Grim покончил жизнь самоубийством при помощи снотворного и алкоголя три года назад. Он что, чувствовал себя все также плохо в течение того короткого периода в Immortal?
Abbath: Мы не особо общались между собой, но было заметно, что он имел проблемы. Однажды он потерял сознание прямо на улице. К счастью, тогда был рядом с ним Demonaz, который вызвал скорую. Ему успели прочистить живот в самый последний момент. В этот раз причиной стала передозировка снотворных таблеток. Скорее всего, он страдал депрессивным психозом.
Abbath (o печальных воспоминаниях: в прессе было довольно тихо воспринята смерть Erik'a, в то время как до сих пор говорится о смерти вокалиста Mayhem Dead'a в апреле 1991 года. Abbath помнит весь шум вокруг обоих сорвиголов из Mayhem, Euronymous'a и Dead'a): Euronymous был в центре города Осло, чтобы купить продуктов. Когда он пришел обратно на виллу, где он, Dead и Hellhammer жили и репетировали, то обнаружил что все двери и окна были заперты. Тогда он забрался на крышу и увидел Dead'a в его комнате, лежащим на кровати с опрятной кучкой своих мозгов в сторонке. Он выстрелил из ружья себе в голову. Реакция Euronymous'a была недостойна упоминания. Он спокойно пошел и купил одноразовую фотокамеру, чтобы сфоткать труп своего друга. И только после этого позвонил в полицию. (несколькими днями позже Abbath и Demonaz посетили Euronymous'a в Осло) Он тогда показал нам частички черепа Dead'a, который он взял на память и сделал из них потом ожерелье. Многие считают, что это только чудной слух, но я видел их собственными глазами. Впрочем, в интернете есть фотки могил этих двух мизантропов (www.holycaust.com/666.htm).
CU: Какие впечатления произвели на тебя Euronymous и Dead, как люди?
Abbath: Euronymous был не обычным челом. Он был тотально фиксирован на всем экстремальном и шокирующем. Садомазохизм, сатанизм, преклонение смерти. Все, в чем он совершенствовался, было на самом деле проявлением одной единственной вещи - необузданной слабости ко всему нездоровому. Per'a я сам лично не знал, но Demonaz описывает его очень стеснительным и тихим. Он был интроверт по натуре. Как только он выходил на сцену, то становился своей противоположностью: совершенно не контролируемым и необузданным.
Abbath изображает смущенную мину на лице, тем самым дает понять, что больше не хочет говорить о современной истории Норвегии. Как он сам говорит, что хочет оставить за спиной то хаотичное время и желает, чтобы вместо тех трагических судеб людей, которые получили широкую огласку в СМИ, была музыка. Со своим бывшим приятелем Varg'ом Vikernes'ом, которого знает со времен их совместного пребывания в death metal коллективе Old Funeral, он больше не общается. Его пиротехнические акции рассматриваются лишь как игра на публику, в которой сам он никогда не хотел принимать участия. Можно подумать, что лидер Immortal держит дистанцию от всего дурного. Он всегда имел самый высокий приоритет к музыке. Такое всегда вознаграждается. В то время как его старые друзья отсиживают свои сроки, то он - отец своих маленьких детей - имеет привилегию наслаждаться жизнью в одном из самых красивых городов северной Европы. А также кучу свободного времени, для того чтобы: съездить на рыбалку вместе с Demonaz'ом, поиграть кавера Motorhead в своем хобби-проекте Bömbers, или крупно проиграть очередной матч в безнадежной футбольной команде Lysekloster, за которую он играет в седьмой лиге норвежского чемпионата. Но в первую очередь тем, чем он хочет заниматься более всего - посвятить всего себя Immortal, который теперь опекается немецким гигантом, Nuclear Blast. Зазвонил мобильник у Abbath'a. Я могу расслышать немного возмущенный голос, который принадлежит басисту Iscariah. Он интересуется, куда это Olve запропастился, так как они должны были встретиться еще 15 минут назад. Мы быстренько вливаем в себя остатки отвратительного норвежского пива и направляемся к центру города. Опять звонок! На этот раз звонит Horgh из Швеции, чтобы отрапортовать о вчерашнем концерте с Pain, в котором он дополнительно подрабатывает на ударных. В то время как Abbath забегает в магазинчик за второй порцией йогурта, я беру трубку, чтобы перекинуться парой фраз с Horgh'ом.
CU: Хорошо, наверное, чувствуется, когда не приходиться наносить "мазню" на лицо перед концертом, когда играешь в Pain?
Horgh: Да, это избавление, хотя не могу настаивать на том, что уж очень скучаю по гриму.
CU: Большинство команд уже не используют грим. Почему вы так упорно продолжаете держать эту марку в Immortal?
Horgh: Ну, это чисто визуальная деталь. Типа способ вхождения в определенную роль. Довольно трудно наносить и снимать это дерьмо, но когда грим прекрасно сидит, я перевоплощаюсь в совершенно другое расположение духа и могу отдать самого себя больше на концертах, чем обычно.
То, что я сейчас чувствую и должно произойти. За день до моей поездки мне позвонил секретарь редакции журнала и простонал в трубку: "Слушай, ты должен спросить у них, занимаются ли они сексом в гриме или нет, иначе придется тебе оплачивать поездку из своего кармана! Понятно?". Сказано - сделано.
Horgh: Чего, чего? Сношаться в corpse paint? Не, я никогда этого не делал. А что, с ним будет лучше?
CU: Спрашивай не меня. Не я ведь являюсь редакционным порноатлетом.
© 2002 Журнал "Close-Up" (Швеция)
Перевод: John Lord (под ред. True, 22 марта 2003 г.)